Оппенгеймер писал(а): Ср сен 16, 2026 7:13 am Скажут детям, что кошка пристроилась
И зачем-то - о вечной душе.
И в конце - чтобы не беспокоились:
"А нужна ль эта кошка вообще?".
Что ж, открою снова свою тему со стихами)
-
Билли Джин
- Знаток

- Сообщения: 41798
- Зарегистрирован: Вс апр 10, 2022 6:41 pm
- Награды: 3
- Ваш ТИМ: ИЭЭ
- Ваш тип по психе-йоге: ФВЭЛ (Чехов)
- Ваш тип по типологии Кроме Людей/Княжны: Эквиска
Что ж, открою снова свою тему со стихами)
Ты меня любишь, я тебя тоже. Нам с тобой никто не нужен похоже.
-
Оппенгеймер
- Местный

- Сообщения: 643
- Зарегистрирован: Пт апр 18, 2025 5:32 pm
Что ж, открою снова свою тему со стихами)
Спасибо))Билли Джин писал(а): Ср сен 16, 2026 8:02 amОппенгеймер писал(а): Ср сен 16, 2026 7:13 am Скажут детям, что кошка пристроилась
И зачем-то - о вечной душе.
И в конце - чтобы не беспокоились:
"А нужна ль эта кошка вообще?".метко
-
Оппенгеймер
- Местный

- Сообщения: 643
- Зарегистрирован: Пт апр 18, 2025 5:32 pm
Что ж, открою снова свою тему со стихами)
Как любой уважающий собственный быт эмигрант,
Я беру фотографии и оставляю сервант.
Фотографии - символ того, чего более нет,
И дымит государство последним бычком сигарет.
Больше не закурю средь смененных названий дворов,
И не скажет никто из окна мне: дружок, будь здоров.
Я уеду туда, где мутней и темнее река,
Чем в Одессе асфальт, где свинцовей плывут облака,
Чем действительно здесь на донбасском заводе свинец.
Я останусь один и снаружи теперь, наконец,
А не только внутри. Я шагну за границу, за грань,
Пока там, позади пролетает орлан ли, герань.
Ничего не скажу. Это память трясет головой,
Седина опадает как вызов, что ты здесь живой,
А они уже не. Это будто бы зрительный зал,
Там, где публика города входит в бурлящий вокзал.
Так и я захожу, как на утренний борт корабля,
Где мальчишка, заметив Нью-Йорк, восклицает: "Земля!"
На плечах у отца. Так и я, горизонт поделив,
Отбываю, из собственной жизни себя удалив.
Я беру фотографии и оставляю сервант.
Фотографии - символ того, чего более нет,
И дымит государство последним бычком сигарет.
Больше не закурю средь смененных названий дворов,
И не скажет никто из окна мне: дружок, будь здоров.
Я уеду туда, где мутней и темнее река,
Чем в Одессе асфальт, где свинцовей плывут облака,
Чем действительно здесь на донбасском заводе свинец.
Я останусь один и снаружи теперь, наконец,
А не только внутри. Я шагну за границу, за грань,
Пока там, позади пролетает орлан ли, герань.
Ничего не скажу. Это память трясет головой,
Седина опадает как вызов, что ты здесь живой,
А они уже не. Это будто бы зрительный зал,
Там, где публика города входит в бурлящий вокзал.
Так и я захожу, как на утренний борт корабля,
Где мальчишка, заметив Нью-Йорк, восклицает: "Земля!"
На плечах у отца. Так и я, горизонт поделив,
Отбываю, из собственной жизни себя удалив.