Socioniks.org

Людмила Петрановская - семейный психолог, педагог и публицист.

В какой-то момент стала интересна тема про отношения симблингов - по-русски про отношения между братьями и сёстрами.
В нашей культуре принято, чтобы симблинги любили друг друга и жили душа в душу.
Нельзя драться, нельзя обижать друг друга.
Ну то-то оно то. Но это в идеале. А на деле дети - тоже люди. Между ними возникают различные конфликты.
Петрановская уже писала на эту тему небольшие посты.
Вконтакте например: как быть родителям, когда дети конфликтуют.

Проблемы начинаются тогда, когда родители начинают брать на себя ответственность, чтобы конфликтов не возникало как таковых. Или за то, чтобы любой конфликт разрешить справедливо. Вот как только вы эту ответственность на себя берете — в этот момент вы попали, потому что дальше ваша жизнь будет очень веселой. К вам будут приходить с любым конфликтом, по любому поводу, вам будут жаловаться, от вас будут требовать участия, от вас будут требовать вмешаться, покарать, отнять, забрать. Вы будете постоянно слышать, «а чего он», «а почему он», «а зачем он».

Это не ваша ответственность — это их горизонтальные отношения. Они пробуют, когда-то хорошо справляются, когда-то нет, когда-то они поссорились, когда-то помирились. Как только вы начнете изображать третейского судью — это будет единственное, чем вы будете заниматься в жизни, потому что больше ничем другим вам будет заниматься некогда. Вы будете все время разруливать мелкие конфликты на тему «она взяла мой фломастер и не закрыла, теперь он засох, мама, скажи ей».

Но вы можете выступать в роли консультанта. Это очень хорошая роль для общения с тем, кто учится. Дети учатся отношениям. Они учатся конфликтовать, отстаивать свои интересы, уступать, учитывать интересы другого. И в качестве консультанта вы вполне можете устраивать с ними разбор полетов. «Как ты думаешь, вот когда ты говоришь человеку, что он идиот, — это хороший способ, чтобы он как-то услышал твои потребности и сделал, как ты просишь?»

https://vk.com/wall-71489250_20630 далее там.

Для меня это у Литвака было в своё время открытием, что отношения двух других людей не требуют вашего в них участия.

хм
а если старший бьет младшего смертным боем, тоже не вмешиваться?

Ну по Литваку, всё, что не уголовный кодекс, не наказуемо)) а это уголовный кодекс

да уж

Да, тут не про крайности.
Но если это обычный рядовой конфликт, лучше не вмешиваться.
Они проигрывают что можно, а что нельзя.

Но сегодня многие дети слышат похвалу буквально каждую секунду. Убрал со стола - о, какой молодец! Хотя уместнее было бы простое "хорошо" или "спасибо". Если, опять же, это не трехлетка в первый раз в жизни полностью самостоятельно все сделал и сам ужасно горд.
Нарисовал за пять минут что-то - вау , круто, какой молодец! Все это дежурно, на автомате. Без всякого интереса к тому, что нарисовано, что ребенок чувствует. Суррогат.

Сейчас многие подумали: так вот как получаются нарциссы! Нет. Результат может быть очень разный.
Какой-то ребенок, привыкнув к постоянной похвале без причины, будет неприятно изумлён, что вне дома ему такое не обеспечено и быстро скажет "не буду ходить в эту школу".
Какой-то, наоборот, чувствуя формальность постоянных похвал, будет страдать от низкой самооценки - меня все время незаслуженно хвалят, видимо, в реальности я совсем плох.
Какой-то будет злиться, чувствуя подмену настоящего контакта или манипуляцию.
Какой-то попробует взять этот способ на вооружение и будет пытаться управлять сверстниками, а то и взрослыми, с помощью оценки - и огребет.
И ещё всякие могут быть варианты. Но спокойное отношение к себе в духе "я обычный человек со своими достоинствами и недостатками, я могу ошибаться, могу становиться лучше, могу кому-то нравиться, могу нет" будет даваться с трудом.
В общем, не надо слишком много всего вешать на гвоздь оценки. Это довольно острая приправа для особых случаев, а не здоровая еда на каждый день.

Ну а у моего любимого Литвака написано, что на 7 поглаживаний должно быть одно критическое замечание.
Так что можно семь раз похвалить, а один раз сказать, ну не, мне такое не нравится).

А вообще, ну стандартный же, по-моему, подход в педагогике (чуть не написала, в дрессировке) - нежелательное поведение игнорируется, желательное поощряется.

«Когда мы себе представляем портрет идеального родителя – терпеливого, любящего, ресурсного, его на всё и всех хватает, дети у него чудесные во всех смыслах и так далее, – то понимаем, что он, конечно, абсолютно прекрасен. У него есть только один недостаток. Его не существует в природе».

«Все эти качества — очень нужные и замечательные, но если мы представим себе, что запихиваем их в одного человека, то очень скоро увидим несоответствие. Он должен быть терпеливым, всегда находить время для детей, при этом быть развивающейся и самодостаточной личностью, быть веселым и жизнерадостным и всегда открытым к нуждам ребенка, поддерживать, но не баловать, уметь держать границы...Огромное количество противоречивых требований, соответствовать которым совершенно невозможно, без риска заработать тяжелый невроз.Более того, если бы мы представили себе, что все эти качества у нас есть, то очень скоро обнаружили бы, что элементарнейшие родительские действия, такие, как велеть ребенку пойти почистить зубы, вызывают у нас полный ступор. Мы бы сломали голову, раздумывая о том, что именно мы совершаем в отношении ребенка своей просьбой: "Когда я прошу его почистить зубы, достаточно ли я при этом чуткий, достаточно ли я при этом любящий, радостный, терпеливый, не травмирую ли я его своей просьбой почистить зубы?»

Проблема образа идеального родителя еще и в том, что он вредный. Он гипнотизирует своей красотой и не позволяет реальному родителю быть в контакте с самим собой — уникальным, особенным, таким, какой есть; обесценивает все то, что мы делаем для детей. Когда так высоко ставится планка, мы обречены снизу смотреть на эту сияющую красоту и понимать, что мы никогда там не будем. Любое наше действие будет недостаточно правильным.

При этом образ идеального родителя — это такой удобный способ для того, чтобы держать реальных родителей в состоянии обвиняемых, чем иногда пользуется социум. Ведь так удобно все проблемы объяснить «косяками» родителей: мало уделяют внимания — совсем задушили вниманием, много чего запрещают — не ставят границы, не занимаются развитием — замучили ребенка занятиями. Всегда можно найти удобную формулу.

Впрочем, если бы обвинял только социум, то это полбеды. От внешних голосов всегда можно отгородиться. Но, к сожалению, эти критики сидят внутри нас и говорят громче любой бабушкиной скамейки, любой учительницы и любого педиатра. Это голоса, которые мы услышали и некритически восприняли в самом нежном возрасте, когда еще ничего не могли противопоставить им.


В некоторых семьях девочек с рождения воспитывают в духе перфекционизма. «Ты должна быть отличницей, ты должна быть хорошей девочкой». Что такое хорошая девочка? Это та, которая никогда не имеет пятен на платье, двоек в дневнике, «плохих» чувств и мыслей, она никогда не доставляет проблем родителям, всегда со всем справляется на «отлично». Если с самого детства ребенку дают понять, что только в таком качестве он устраивает родителей, то формируется ощущение «если ты ошибаешься — ты нам не ребенок». Тут уж будешь стараться изо всех сил.

Хорошие девочки, становясь родителями, оказываются в западне. Их воспитывали не ошибаться, не пачкать платье, слушаться старших и стремиться к идеалу. И никто им никогда не рассказывал, что перфекционизм — это ловушка, которая гарантирует эмоциональное выгорание.

Женщина начинает готовиться к рождению ребенка так, как положено у отличницы. Все по плану: пропили фолиевую кислоту, пролечились от всех болезней, убедились, что есть деньги на хорошую детскую страховку. Будущая мама слушает Моцарта, смотрит на красивое, пьет витамины: «Я все сделаю безупречно, мой ребенок будет супер по всем пунктам!» Наверное, у всех бывают такого рода мечты во время ожидания ребенка, но для человека с перфекционизмом это не просто «хорошо бы», это единственно приемлемый вариант развития событий. Ведь он сделал все на «пять».

Дальше ребенок появляется, и начинается жизнь.Ребенок может оказаться не того пола и не так выглядеть, как мама себе намечтала. Ребенок не так себя ведет. Плачет — и она не может его успокоить. В мечтах она была чуткая, внимательная, заботливая, она знала к нему подход. А в реальности он орет три часа. Какает не фиалками. Плевать хотел на дизайн детской и грызет развивающие карточки. Не дай бог, еще особенности развития. Не тогда говорит, не тогда ходит. Мечта разбилась о реальность. Все это превращается в пугающее послание: «У меня не получается! Я вовсе не счастливая, жизнерадостная, спокойная мама, я иногда хочу его об стенку головой стукнуть. И вовсе у меня не получается прекрасный уютный дом, в котором мы вместе с ребенком лучезарно встречаем папу с работы, а получается у меня какой-то свинарник, чумазый несчастный ребенок, я не помню, когда в последний раз причесывалась»

Если все это происходит какое-то продолжительное время, то дальше наступает резкое падение настроения и общий провал эмоционального состояния: «Я никуда не годная мать, все плохо и будет еще хуже».

Начинается полоса истощения, может развиться депрессия. Но сколько человек может самоуничижаться? Наше «я» требует защиты, требует объяснения. И другое объяснение находится, оно звучит так: «Это не я плохая мать, это у меня ребенок неправильный, ребенок, который меня разочаровал». В результате, ставится крест на ребенке, и происходит очередной виток утверждения модели перфекционизма. Мама транслирует ребенку то, с чего начиналось ее собственное детство: «Если ты не соответствуешь моим ожиданиям, то ты мне не ребенок».

Дальше могут быть разные сценарии. Например, можно решить, что это не тот ребенок, а вот с другим все получится. Разочароваться в старшем и начать строить идеалистические планы в отношении младшего, уже родившегося или только запланированного. Если младшего нет под рукой, можно сравнивать своего с какими-то другими детьми.

«Если бы у меня был такой чудесный ребенок, про которого пишут мои френдессы в интернете, который выиграл то и то, успел там и там, мое материнство могло бы быть счастливым, но у меня, к сожалению, не такой ребенок». Наконец, можно самому ребенку предъявить: «Я оставлю тебя в своих детях, буду тебя любить, но ты уж постарайся, вылези из кожи вон и стань вот этим самым сияющим ребенком. Если я тебя придумала — стань таким, как я хочу!» Какие-то дети протестуют, какие-то стараются — как сама мама в свое время.

Если вы заметили, этот процесс повторяет развитие стадий выгорания:
стадия мобилизации, прилив сил, сияние мечты, все получится;
стадия выдерживания, намерения бьются о реальность, все сложно, но если очень постараться, то есть шанс;
стадия невыдерживания, «все ужасно, ничего не получилось, больше не могу, я плохая и меня отменят»,
стадия выхода через деформацию, через отказ от ребенка, через отречение от него
Очень грустная история.

Но хорошо лечится в психотерапии, особенно когнитивно-поведенческой. Это несложно и недолго, и лучше позаботиться о себе, чем всю жизнь скакать между идеалом и провалом в отчаяние.

На самом деле, ребенку не нужна идеальная мать. Для него самое главное качество родителя в том, что родитель у него просто есть. Если родитель рядом, приходит на зов, помогает, то все остальное для ребенка — это детали.

Перфекционизм обесценивает все то действительно ценное, что есть между нами и ребенком: «Если не все прекрасно — значит, все зря».

Вся система оценки себя как родителя, своих отношений с ребенком у отличника фактически сводится к бинарной системе: пан или пропал, идеал или ничтожество. Реальность состоит в том, что нет никакого «пан или пропал», есть огромное количество плюсов и минусов, можно совершить много ошибок — и в конце концов все наладится. Когда-то психотерапевт Дональд Винникоттт сказал, что ребенку не нужна идеальная мать, ребенку нужна «достаточно хорошая мать».

Первым делом важно уяснить, что для того, чтобы быть достаточно хорошей матерью, ничего особенного не нужно. Обычная забота и защита, просто быть рядом. Наоборот, чтобы перестать быть достаточно хорошей матерью, надо очень постараться, надо ребенка обижать, оставлять, отвергать. Иногда это делают как раз в погоне за идеалом.

У детей есть определенный запас прочности. Если мама сорвалась и накричала, если мама много работает и не может с ним проводить все время, если мама не любит играть в машинки — ничего с ребенком не произойдет, он рассчитан на то, чтобы проживать какие-то огорчения. Проблемы начинаются, когда мама так хочет быть идеальной, что огорчение ребенка воспринимает как обвинение себе. Когда ее ребенок плачет, недоволен, расстроен, — она не может быть в контакте с ним, не может помочь ему прожить его чувства, пожалеть его, обнять. Она в это время занимается самозащитой. Он рушит ее представление о себе как о супер-матери. Когда мы очень сильно держимся за свой сияющий образ матери, то, вместо того чтобы помочь ребенку пережить наше несовершенство, пытаемся делать вид, что мы-таки совершенны, и обижаемся на него за то, что он указывает на наши недостатки.

Как говорил тот же Винникотт, в самом лучшем положении оказываются те матери, которые сдались с самого начала. С самого начала сказали себе, что они несовершенны. Это очень правильная установка, внутреннее согласие: что бы мы ни делали — всегда будут ошибки. Если мы заставляли ребенка учиться играть на пианино, он потом будет предъявлять претензии, что его заставили. Если не заставлять — припомнит нам, что мы этого не сделали. Чем раньше мы согласимся на формулу «неидеального родительства», тем меньше сил и энергии будем тратить на защиту собственного «я», на защиту выдуманной картинки; тем больше мы сможем быть в контакте с ребенком, которому придется пережить, что мы несовершенны.

Правда в том, что ребенку надо это пережить. Что мы не всегда добрые, терпеливые и прекрасные. Что мы не всегда будем рядом. Что мы смертны — это самая большая подлость с нашей стороны, но и это ребенку придется пережить. Мы постареем, будем слабы и не сможем о нем заботиться. Это очень большое несовершенство, и у нас нет ни малейших шансов его избежать. Каждый из нас, родителей, должен подготовить ребенка к проживанию всего этого нашего несовершенства. Это и есть забота».

Сключики писал(а):Источник цитаты А вообще, ну стандартный же, по-моему, подход в педагогике (чуть не написала, в дрессировке) - нежелательное поведение игнорируется, желательное поощряется.

именно.

И уж никак не должен демонстрироваться на публику свой шикааарный родительский ресурс и всепрощение.

Семь поглаживаний в день?
Да маленького ребенка просто обнимать надо в таком возрасте.
А не хвалить.
В три-пять лет дети нуждаются в обнимашках за редким исключением.
Или сказать, что я тебя люблю.
Но не накачивать его как золотого нарцисса - фантиками из молодец и гений за стандартные усилия.
Хвалить - по делу.
Я считаю, что что-то в этом есть.

Почему в день?) Просто на 7 поглаживаний одно замечание.
А как он узнает, что он хороший, что его любят, если ему об этом не говорить?

Никакой психолог не запретит мне, к счастью, говорить "котик, рыбка, солнце" и "моя любовь".

Да, я хочу заметить, что Литвак не детский психолог.
Он психиатр.
Тонкостями воспитания, возрастной психологией он не заморачивался.
Так что опираться на него я бы стала в других областях жизни. Но не в подсчетах уколов и поглаживаний.

Родительство - это не демонстрация широты души, а серьезная работа.
Где приходится делать не самые приятные для себя вещи и раз за разом переживать фиаско.
Учиться держать баланс и не помещать дитя в парниковый безэмоциональный шарик, где все счастливы до безумия.

Мне уже поздно))
Литвак говорит, что надо воспитывать до пяти лет. Потом - только ПЕРЕвоспитывать, ну или что выросло, то выросло.

Сключики писал(а):Источник цитаты Мне уже поздно))

дык да. и мне.

Я почему в дневниках про стыд расписала?
1. У моих детей тоже были такие острые реакции в раннем возрасте, как у твоего.
2. Я сама такие эпизоды помню.

Мне стало интересно, почему так. Пошла искать.
Родители здесь ни при чем. Это взросление. Первый опыт (яркий опыт), когда испытываешь это чувство.
И это - вариант нормы.
Ибо вылупился человек разумный и познает мир.

Не Петрановская, но рядом.
О родительском выгорании: «Мать не всегда обязана быть сдержанной»
Почему мы злимся на детей и когда агрессия необходима, в отрывке из бестселлера "Мама на нуле".


Мать-и-мачеха. Почему мы злимся на детей?
Представьте себе ситуацию: жила-была спокойная мирная, бесконфликтная женщина, а как стала мамой — словно с цепи сорвалась. Она и думать раньше не могла, что в ней столько гнева и злости. Знакомая история? Что же изменилось?
Дело в том, что рождение ребенка актуализирует в женщине переживания ее собственного младенчества и детства. Могут неожиданно всплывать какие-то непрожитые травмы, но, поскольку уход за ребенком отнимает много сил, разбираться в этих чувствах нет возможности, все просто выплескивается в неожиданные аффекты. К тому же, послеродовая депрессия, отсутствие помощи, усталость могут вызывать нервное истощение и срывы.

Близкие люди, как правило, вызывают у нас максимально острые чувства. Зачастую ребенок — самый близкий человек, он зависим от нас, нуждается в нас, и это делает нас ответственными. Страх за ребенка, тревога, вина, избыточное чувство долга — все эти эмоции, будучи неосознаваемыми, могут быстро конвертироваться в злость


Когда злость опасна?
Вообще, злость — естественное сопровождение любой жизни, форма взаимодействия живых людей. Желательно, чтоб проявление этой эмоции было адекватным. Если злость превращается в насилие — это повод для беспокойства и стоит пойти для начала к психологу, чтобы разобраться с тем, как у вас сформировались такие модели поведения и реакций. Если для мамы вспышки гнева стали регулярными и ей трудно самой остановиться в гневе, то этим она может психологически и даже физически разрушать своих детей. В этом случае ее близким стоит обратиться к психиатру. Такие женщины сами к психиатру обычно обращаться не желают, испуганно и гневно отрицая наличие у них проблем.

Когда агрессия необходима
Агрессия и злость выполняют несколько важных функций, причём все они актуальны с детства и на протяжении всей жизни. Человек, неспособный выражать агрессию, не может адекватно взаимодействовать с другими людьми, строить карьеру и так далее. Каковы же эти функции?

1. Защита — способ сказать «нет», отказать, отстоять свои границы.
Если ребенку трудно выражать агрессию, то в будущем ему будет сложно ответить на внешние притязания: отстоять себя, целостность своего пространства, тела, имущества. Такое умение необходимо всем — мальчикам, и девочкам.
Для матери агрессия — также один из способов обозначить своё личное пространство.

2. Продвижение — способ получить то, что нужно.
Попросить прибавку к зарплате, выиграть конкурентную борьбу, «завоевать территорию». Под этим подразумевается, что в какой-то момент важно уметь сказать: «я хочу большего», «я этого достоин». Потребовать что-то, попросить или отвоевать, если в этом есть жизненная необходимость.

3. Разделение — способ что-то сделать с отношениями, которые устарели, которые тормозят.
Например, отделиться от родителей.

4. Источник сильных эмоций. Когда нас кто-то разозлил, у нас появляется масса энергии. Мы оказываемся способны совершить то, что в спокойном состоянии кажется недосягаемым. Если у человека плохо с агрессией, у него совсем нет энергии.

Можно ли обойтись без агрессии?
Представим себе ситуацию, когда мать «проглатывает» свои вспышки агрессии. Это грозит тем, что, ребенок будет усваивать такую аутоагрессивную, саморазрушительную модель поведения. Энергия злости, запертая внутри вашего тела, будет разрушать сосуды, да и в целом организм, в зависимости от генетической предрасположенности. Могут начать проявляться какие-то заболевания; разрушение самого себя — это тоже агрессивный ответ своим «мучителям».

Чаще всего попытки сдерживаться приводят к росту напряжения и последующему прорыву гнева в виде аффекта, в состояниях усталости или стресса. Как следствие — последующая вина, усиливающая желание сдержаться.

Но мать вовсе не всегда обязана быть спокойной, уравновешенной, сдержанной. Желательно, чтобы мама была не столько спокойной, сколько живой, адекватно реагирующей на разные жизненные ситуации.

Самыми опасными, наряду с проявлением насилия, я считаю пассивно-агрессивные формы поведения родителей, потому что ребенку трудно их проживать, они наиболее разрушительны для его психики. Прямая, соответствующая ситуации злость, постановка границы, недовольство матери — нормальный сигнал ребенку: происходит что-то не то, он нарушает чьи-то границы или какой-то важный распорядок; а может, просто у мамы агрессивная реакция не на него, а на что-то другое, что происходит в ее жизни, и это позволение реагировать ему так же.

Ирина Млодик

Так-то сдержанной, то понятно. А если нет реакции гнева или злости, что её специально придумывать что ли, потому что психолог сказал.
Кмк, как чувствуется, так и надо делать. Всё равно они найдут потом, что предъявить. Ругала - плохо. Не ругала, не заставляла - тоже плохо.

Сключики писал(а):Источник цитаты А если нет реакции гнева или злости, что её специально придумывать что ли, потому что психолог сказал.

ну нет.
но и не хвалить, одобрять.
а то он еще и еще раз порадует))))
и бабушку, и соседку, и подругу твою

Я мысль доношу, что злиться - нормально.
А идеальный родитель - это конечно мечта многих.
Но не только миф, а ещё и вредное явление для мамы и для дитя.

Агриппина писал(а):Источник цитаты

Сключики писал(а):Источник цитаты А если нет реакции гнева или злости, что её специально придумывать что ли, потому что психолог сказал.

ну нет.
но и не хвалить, одобрять.
а то он еще и еще раз порадует))))
и бабушку, и соседку, и подругу твою

У меня не сидели ни с бабушками, ни с соседками, ни с моими подругами. Сидели с няней и ходили в сад. Там их кажный день воспитывали. И ещё тренер их по плаванию. Мощная женщина.

Ну обычно мама с ребенком куда-то ходят. Я про это.