теперь о женщинах в жизни В.В.
поскольку частично это касается и предисловия к российскому изданию, сделанному его второй женой Ниной Кандинской
приведу полностью, вдруг кому-то захочется прокомментировать
В моем кратком предисловии я только хочу рассказать читателю об истории этой книги, излагающей эстетическую философию Кандинского - "О духовном в искусстве".
В течение нескольких лет Василий Васильевич записывал .свои мысли и наблюдения. Эти записи - на немецком языке - и являются основой его книги. Закончена она была еще в 1910 году, но было очень трудно найти издателя, так как по своему содержанию книга была совершенно необычной для того времени.
Наконец, в 1911 году, мюнхенский издатель Пипер после некоторых колебаний взял на себя риск издания этой книги. В декабре того же года книга "О духовном в искусстве" вышла в свет. Успех был огромный, и в течение первого же года вышли три ее издания. Об этой книге тогда говорили, как о новом Евангелии в жизни искусства. В странах, где распространен немецкий язык, например, в Швейцарии, и даже в Голландии и скандинавских странах - книга "О духовном в искусстве" читалась всеми, кого интересовали вопросы искусства. Частично был уже сделан и русский перевод книги, но закончить его помешала война 1914 года.
В декабре 1911 года на заседании Всероссийского съезда художников Н. И. Кульбиным был сделан доклад "О духовном в искусстве" и прочитаны также некоторые главы из этой книги, в частности, та, в которой Кандинский говорит о разных возможных формах в абстрактном творчестве, - как, например, круге, квадрате, треугольнике. Все это, безусловно, оказало влияние на передовых русских художников, в том числе на К. Малевича.
Первый перевод этой книги с немецкого языка был сделан в Лондоне М. S. Sadler'ом в 1914 году. В 1924 году Ohara Kunioschi перевел ее на японский язык - и книга вышла в Токио. После большого перерыва, книга вышла в 1940 году в Риме, в переводе на итальянский язык G. A. Colonna di Cesaro. Все эти издания давно стали большой библиографической редкостью.
Начиная с 1946 года, "О духовном в искусстве" переводят во многих странах, что доказывает актуальность этой книги и большой к ней интерес. Вот список этих изданий:
1946: Нью-Йорк, издательство S. R. Guggenheiin Museum.
1947: Нью-Йорк, издательство Wittenborn.
1949: Париж, издательство G. Dronin; переводчик - Pierre Volboudt; роскошное издание, тираж - 300 экз.
1951: Париж, издательство de Beaune; автор предисловия Charles Estienne; в течение этих лет вышло пять изданий этого перевода.
1952: Берн, издательство Benteli, на немецком языке; автор предисловия - Мах Bill; за эти годы вышло семь изданий.
1956: Буэнос-Айрес, издательство Nuevo-Vision, на испанском языке.
1957: Токио, в переводе на японский язык, профессор Н. Nishida. За эти годы вышло восемь изданий.
1962: Утрехт, издательство Aula Boeken.
Готовится новый перевод на итальянский язык, но дата его выхода в свет еще точно не установлена.
Книга "О духовном в искусстве" всегда имела большое влияние на творчество художников и их подход к искусству, и это ее влияние все растет и растет.
НИНА КАНДИНСКАЯ
Сентябрь,1966итак, женщины
первая жена - двоюродная сестра Анна Филипповна Чемякина
"С университета у меня был всего один вполне друг, знавший мою душу, — Аня. Я верил ей и больше никому," - писал он своему другу
Кандинский и Анна особенно сблизились в период их учебы в Московском университете, когда будущий художник часто жил с ее семьей в подмосковном селе Ахтырке. Они поженились в конце 1891 г. и отправились на полгода в свадебное путешествие. Они посетили Вену, Мюнхен, Милан, Нерви около Генуи, остановились в Париже на два месяца и в марте 1892 г. вернулись в Москву. 25 ноября 1891 г. Кандинский писал Харузину из Милана:
Ты пишешь, что я счастлив. И это правда. Ведь не может же быть на земле такого счастья, о к[о]т[о]ром когда-то мечталось, счастья, когда не боишься копнуть поглубже, чтобы не выскочило нисколько тяжко обманутых надежд, счастья, к[о]т[о]р[о]е не сознаешь, за которое не цепляешься. Это все «мечты, мечты, где ваша сладость?»! И опять повторю: я счастлив.
Хотя Кандинский выразил свои чувства словами «я счастлив», его внутреннее состояние было противоречивым. Он верил, что поскольку Анна «знала его душу», их союз должен был воплотить его идеал «счастья, которое не сознаешь», которое не боится самоанализа. Но сейчас он боялся, что «копание» в душе могло открыть его «тяжко обманутые надежды», и поэтому пришел к выводу, что счастье, о котором он мечтал, не могло быть достигнуто «на земле»; его идеал любви остался недостижим. Он хотел найти удовлетворение в земном счастье, которое дала ему Анна, однако конфликт между его стремлением к недостижимому идеалу и реальным счастьем с Анной, который стал внутренней причиной напряжения в их отношениях, привел позже к их разрыву. Основная проблема заключалась в трудности или даже в невозможности для него достичь той внутренней гармонии «сердец однозвучащих», которую он, очевидно, искал после того, как его мать покинула семью.
нда...
Семья Анны Филипповны Чемякиной принадлежала к группе тесно связанных купеческих родов — Абрикосовых, Басниных, Чемякиных и Кандинских, занимавшихся преимущественно кондитерским и чайным делом. Члены этих семейств были не только деловыми людьми, банкирами и юристами, но также меценатами и собирателями произведений искусства. Во второй половине XIX в. из этих семей вышло целое поколение интеллигентов, внесших весомый вклад в развитие наук и искусств. Николай Алексеевич Абрикосов (1850-1935), сын Алексея Ивановича Абрикосова (1824-1904), основателя кондитерского «Товарищества А.И. Абрикосова и Сыновей», был совладельцем товарищества, а также членом Психологического общества при Московском университете, одним из редакторов и издателей журнала «Вопросы философии и психологии». Николай Алексеевич был женат на Вере Николаевне Кандинской (1852-1925), двоюродной сестре отца Василия Кандинского. Владимир Алексеевич Абрикосов (1858-1922), младший брат Николая Алексеевича, был директором чайного «Товарищества братьев К. и С. Поповых», гласным Московской городской думы, директором Русского музыкального общества в Москве, членом совета Третьяковской галереи, собирателем русской живописи. Владимир Алексеевич был женат на Марии Филипповне Чемякиной (1866-1948), сестре Анны Филипповны. Виктор Хрисанфович Кандинский (1849-1889), троюродный брат художника, стал одним их основателей психиатрической науки в России. Из рода иркутских-кяхтинских купцов Басниных также вышли крупные культурные деятели. Василий Николаевич Баснин (1799-1876) был известен как краевед, владелец большого и ценного собрания книг и гравюр. В 1851 г. В.Н. Баснин был избран действительным членом Русского географического общества. В 1858 г. Баснины обосновались в Москве. Сын Василия Баснина, Николай (1843-1918), окончивший юридический факультет Московского университета, принимал активное участие в научной и художественной жизни Москвы. Он был членом Московского юридического общества, Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии (ОЛЕАЭ), Московского общества любителей художеств, Русского фотографического общества, Общества свободной эстетики. Много лет Николай Баснин сотрудничал с Московским Публичным и Румянцевским музеями. Его брат Иван (1835-1916), горный инженер, был удостоен в 1880 г. серебряной медали за участие в работе Русского географического общества. Жена И.В. Баснина, Аполлинария Христофоровна, урожденная Кандинская (1847-1876), двоюродная тетя художника, получила в 1869 г. серебряную медаль за работу в ОЛЕАЭ.
Анна Чемякина посещала университет как вольнослушательница. О ее литературных интересах можно судить по многотомной библиотеке, хранящейся в архиве Кандинского (АК) в НМСИ. Среди книг с ее инициалами, подписью или с посвящением ей, находятся переводные издания Шекспира, Байрона, Шиллера, Гюго, Диккенса и Золя. Большая же часть ее библиотеки состоит из сочинений русских писателей — Жуковского, Грибоедова, Островского, Тургенева, Достоевского, Льва Толстого, Алексея Толстого, Гоголя, Огарева, Белинского, Добролюбова, Писемского, Марко-Вовчок, Короленко и Гончарова. Известный литературный критик Нестор Котляревский подарил Анне экземпляр своего исследования «Очерки новейшей русской литературы. I: Поэзия гнева и скорби» [Котляревский 1890]. Другой экземпляр «Очерков» Котляревский подарил Кандинскому.
так-так, ну, пока искали первую жену, нашлась и мать
и что бы вы думали? это она во всем виновата!
Вскоре после переезда в Одессу его родители развелись (ребенку было 5-6 лет, прим. моё). Мать, оставив ребенка с отцом и тетей, создала новую семью, а сам он был слишком мал, чтобы понять причины развода родителей.
Отец, по словам В.В., имел «глубоко человеческую душу» и «живую жилку художника», и в этом кроется объяснение и внутреннего взаимопонимания между ними, и истоков развития его собственного художественного дара.
Напротив, в образе своей матери Кандинский видел сложную противоречивость черт, соединенных в целое. Мать, разрушившая семейную целостность и поставившая между собой и сыном необъяснимое для него внутреннее препятствие, отождествилась в его глазах с образом Москвы, исходной точки и цели его духовных исканий в искусстве. Такая экзальтированная идеализация матери может быть объяснена болезненными переживаниями брошенного ребенка, стремящегося преодолеть психологическую травму и вернуть утраченное ощущение гармонии.
Хотя эта травма, скрытая в подтексте воспоминаний Кандинского, не может служить единственным объяснением природной сложности, глубины и артистичности его натуры, ею обусловлены его замкнутость, склонность к погружению в свой внутренний мир, стремление проникнуть в тайные стороны жизни и тяга к идеальной любви и дружбе.
Мать Кандинского, Лидия Ивановна Тихеева, вышла замуж за одесского купца и финансиста Михаила Михайловича Кожевникова. В новом браке у нее родились три сына и одна дочь.
Известно, что отец Кандинского, Василий Сильвестрович Кандинский (1832-1926), был купцом 1-й гильдии в г. Селенгинске Иркутской губернии. В Одессе B.C. Кандинский был директором чайной фирмы
ок, поиски идеала, так и запишем
следующая женщина Габриела Мюнтер
Летом художественная школа выезжала в немецкий городок Калльмюнц в живописной местности при впадении Фильса в Наб. Здесь в 1902 году 35-летний Кандинский близко сошёлся с Габриеле Мюнтер, 26-летней слушательницей школы. Несмотря на то, что в 1911 году Кандинский развёлся со своей первой женой, отношения с Мюнтер никак не были оформлены.
ну, да познакомился и рисовал с 1902, а развелся с первой женой в 1911
Мюнтер и Кандинский путешествовали вместе в 1903-1908 годах. В 1906-1907 годах они провели время в Севре, пригороде Парижа.
так и запишем
одна из ее картин (репродукция на почтовой марке)
- Снимок экрана 2026-04-06 132907.png (483.55 КБ) 61 просмотр
и некоторые из его картин с ее изображением
Габриела Мюнтер сыграла огромную роль в сохранении наследия Кандинского от фашистов, так как его искусство было признано дегенеративным и послужило причиной эмиграции его семьи во Францию
про Блюцифера
![[hmm]](./images/smilies/hmm.gif "Hmm")
