Последние Романовы

[Лёля]

Слышала много версий по поводу личностей последних Романовых. Николай типировали и в Достоевские, и в Доны, и в Дюма. Александра тоже прошла все тридцать три стадии соционического типирования у разных социоников. Интересует версия форумчан об этой семье.

[Билли Джин]

не знаю... Николай внешне вроде и как будто может быть Достом, а по некоторым повадкам своим - никак не может.
Его двойник современник, имхо есенин.

[Лёля]

Билли Джин, мне еще интересны дети. 4 дочери, четыре совершенно разных характера, сын тоже. Читала мнение что он очень характерный парень был, в отличии от отца

[Лёля]

Великая княжна Ольга Николаевна

Из всех членов семьи Николая, она мне пожалуй, больше всех импонирует. Посоперничать с ней может разве что Татьяна Николаевна

В детстве



Фрейлина Анна Вырубова так описывала внешние особенности и характер Ольги Николаевны:

Ольга Николаевна была замечательно умна и способна, и учение было для неё шуткой, почему Она иногда ленилась. Характерными чертами у неё были сильная воля и неподкупная честность и прямота, в чем Она походила на Мать. Эти прекрасные качества были у неё с детства, но ребенком Ольга Николаевна бывала нередко упряма, непослушна и очень вспыльчива; впоследствии Она умела себя сдерживать.

Еще одно мнение современника

На окружающих Она производила впечатление своей ласковостью, Своим чарующим милым обращением со всеми. Она со всеми держала себя ровно, спокойно и поразительно просто и естественно. Она не любила хозяйства, но любила уединение и книги. Она была развитая и очень начитанная; имела способность к искусствам: играла на рояле, пела и в Петрограде училась пению, хорошо рисовала. Она была очень скромной и не любила роскоши

Ольга всю себя отдавала чтению. Книги в ее комнате были расставлены буквально повсюду — на тумбочке, рядом с кроватью, под кроватью, на кровати. Читала на русском и английском, а ближе к пятнадцати сама начали писать, но не прозу, а стихи.

[Лёля]

Софи Бухсгевден оставила такое описание Великой Княжны Ольги:

«Великая княжна Ольга Николаевна была красивая, высокая, со смеющимися голубыми глазами... она прекрасно ездила верхом и танцевала. Из всех сестер она была самая умная, самая музыкальная; по мнению ее учителей она обладала абсолютным слухом. Она могла сыграть на слух любую услышанную мелодию, переложить сложные музыкальные пьесы... Ольга Николаевна была очень непосредственна, иногда слишком откровенна, всегда искренна. Она была очень обаятельная и самая веселая. Когда она училась, бедным учителям приходилось испытывать на себе множество ее всевозможных штучек, которые она изобретала, чтобы подшутить над ними. Да и повзрослев, она не оставляла случая позабавиться. Она была щедра и немедленно отзывалась на любую просьбу».

Пьер Жильяр, описывая свое первое знакомство с высокородной ученицей, которая впоследствии станет его любимой ученицей, выделяемой из всех, сразу отметил и ребяческую бойкость, и девичью чистоту маленькой принцессы.

«Старшая из Великих Княжен, Ольга, девочка десяти лет, очень белокурая, с глазками, полными лукавого огонька, с приподнятым слегка носиком, рассматривала меня с выражением, в котором, казалось было желание с первой минуты отыскать слабое место - но от этого ребенка веяло чистотой и правдивостью, которые сразу привлекали к нему симпатии. Вначале мне было не так легко с нею, но после первых стычек между нами установились самые искреннее и сердечные отношения. Вместе с тем Великая Княжна Ольга Николаевна оставляла в изучавших Ее натуру людях впечатление человека, как будто бы пережившего в жизни какое-то большое горе. «Бывало, Она смеется, а чувствуется, что Ее смех - только внешний, а там в глубине души Ей вовсе не смешно, а грустно».

Ум у неё был ум был склада философского, не практического. Ольга была не прочь отвлеченно порассуждать, и ее суждения отличались большой глубиной. Она увлекалась историей, ее любимой исторической личностью была Екатерина Великая.

Великая княжна Ольга больше других походила на государя Николая, которого она, по словам учителя Сиднея Гиббса, «любила больше всего на свете». Ее так и называли - «дочь отца». Дитерихс писал, что на всех окружающих производило впечатление, что она унаследовала больше черт отца, особенно в мягкости характера и простоты отношения к людям. Но Ольга не успела научиться, подобно отцу, сдерживать присущие Романовым гневные порывы. «Ее манеры были «жесткие», - читаем мы в у Н. А. Соколова. Старшая царевна была вспыльчива, хотя и отходчива. Ей не хватало собранности, и некоторая неровность характера отличала ее от сестер. И отношения с матерью у великой княжны Ольги складывались сложнее, чем с отцом.



Софи Бухсгевден:

«Ольга Николаевна была предана своему Отцу. Ужас революции повлиял на нее гораздо больше, чем на других. Она полностью изменилась, исчезла ее жизнерадостность».

Почему-то у меня сложилось впечатление по воспоминаниям, что Ольга какой-то ценностный БЛ+ЧЭ, но как мы помним Лёля не типировщик

[Лёля]

Великая Княжна Татьяна Николаевна в воспоминаниях современников:



Не фанат признаков Рейнина, но мне почему-то видится в ней какой-то серьезный-негативист



Юлия фон Ден вспоминала:

"Великая княжна Татьяна Николаевна была столь же обаятельной, как и ее старшая сестра, но по-своему. Ее часто называли гордячкой, но я не знала никого, кому бы гордыня была бы менее свойственна, чем ей. С ней произошло то же, что и с Ее Величеством. Ее застенчивость и сдержанность принимали за высокомерие, однако стоило вам познакомиться с ней поближе и завоевать ее доверие, как сдержанность исчезала и перед вами представала подлинная Татьяна Николаевна. Она обладала поэтической натурой, жаждала настоящей дружбы. Его Величество горячо любил вторую дочь, и сестры шутили, что если надо обратиться к Государю с какой-то просьбой, то «непременно уже Татьяна должна попросить Рapa, чтобы он нам это разрешил». Очень высокая, тонкая, как тростинка, она была наделена изящным профилем камеи и каштановыми волосами. Она была свежа, хрупка и чиста, как роза".

Анна Вырубова:

"Татьяна Николаевна была в мать – худенькая и высокая. Она редко шалила и сдержанностью и манерами напоминала Государыню. Она всегда останавливала сестер, напоминала волю матери, отчего они постоянно называли ее «гувернанткой». Родители, казалось мне, любили ее больше других. Государь говорил мне, что Татьяна Николаевна ему сильно напоминает характером и манерами Государыню... Мне также казалось, что Татьяна Николаевна была очень популярна: все ее любили – и домашние, и учителя, и в лазаретах. Она была самая общительная и хотела иметь подруг"

.



Пьер Жильяр:

Татьяна Николаевна от природы скорее сдержанная, обладала волей, но была менее откровенна и непосредственна, чем старшая сестра. Она была также менее даровита, но искупала этот недостаток большой последовательностью и ровностью характера. Она была очень красива, хотя не имела прелести Ольги Николаевны. Если только Императрица и делала разницу между дочерьми, то ее любимицей была, конечно, Татьяна Николаевна. Не то, чтобы ее сестры любили мать меньше ее, но Татьяна Николаевна умела окружать ее постоянной заботливостью и никогда не позволяла себе показать, что она не в духе. Своей красотой и природным умением держаться в обществе она слегка затеняла сестру, которая меньше занималась своей особой и как-то стушевывалась. Тем не менее, эти обе сестры нежно любили друг друга, между ними было только полтора года разницы, что, естественно, их сближало. Их звали "большие", тогда как Марию Николаевну и Анастасию Николаевну продолжали звать "маленькие"."

[Лёля]

И судя по воспоминаниям современников, она была практичнее всех сестер, производит впечатление сенсорика.

Хозяйственная, практичная, всегда внешне спокойная и внимательная к окружающим ее людям, имеющая тягу ко всему прекрасному, Великая княжна Татьяна хорошо вышивала, вязала, умела красиво причесывать Императрицу, помогала няне присматривать за бойкой младшей сестренкой, Великой княжной Анастасией, сидела у постели брата, Цесаревича Алексея, когда он был болен.




Из дневниковых записей Великой княжны Татьяны Николаевны:

«Днем оставалась дома, писала, сидела у Алексея, у которого нога болит».

Из письма Великой княжны Татьяны Императрице Александре Феодоровне:

«Миленькая, не беспокойся о Беби (Цесаревиче Алексее). Я присмотрю за ним, и все будет в порядке».

Повзрослев, Великая княжна также управляла различными бытовыми делами Царской семьи, помогала отцу Императору и выполняла его поручения.

Из переписки Императора Николая с дочерью Татьяной:

«Дорогая Татьяна, благодарю тебя за письма. Пришли мне, пожалуйста, 10 коробочек моего сербского табака, мой здешний запас вышел».

«Дорогой мой Папа.

Сегодня два года, что мы начали работать в лазарете. Ужас как скоро время бежит. Верный ли я Тебе послала портсигар? Не забудь мне прислать Твой ключ от стола. Я хорошо помню все, что сказал, где и как достать».

С. Я. Офросимова:

"Направо от меня сидит Великая Княжна Татьяна Николаевна. Она Великая Княжна с головы до ног, так Она аристократична и царственна. Лицо Ее матово-бледно, только чуть-чуть розовеют щеки, точно из-под Ее тонкой кожи пробивается розовый атлас. Профиль Ее безупречно красив, он словно выточен из мрамора резцом большого художника. Своеобразность и оригинальность придают Ее лицу далеко расставленные друг от друга глаза. Ей больше, чем сестрам, идут косынка сестры милосердия и красный крест на груди. Она реже смеется, чем сестры. Лицо Ее иногда имеет сосредоточенное и строгое выражение. В эти минуты Она похожа на Мать. На бледных чертах Ее лица - следы напряженной мысли и подчас даже грусти. Я без слов чувствую, что Она какая-то особенная, иная, чем сестры, несмотря на общую с ними доброту и приветливость. Я чувствую, что в ней - Свой целый замкнутый и своеобразный мир".

К. Битнер:

"Если бы Семья лишилась Александры Феодоровны, то крышей бы для Нее была Татьяна Николаевна. Она была Самым близким лицом к Императрице. Они были два друга".

Баронесса С. К Бухсгевден:

"Татьяна Николаевна, по-моему, была Самая хорошенькая. Она была выше Матери, но такая тоненькая и так хорошо сложена, что высокий рост не был ей помехой. У Нее были красивые, правильные черты лица, Она была похожа на Своих царственных красавиц родственниц, чьи фамильные портреты украшали дворец. Темноволосая, бледнолицая, с широко расставленными глазами - это придавало Ее взгляду поэтическое, несколько отсутствующее выражение, что не соответствовало Ее характеру. В ней была смесь искренности, прямолинейности и упорства, склонности к поэзии и абстрактным идеям. Она была ближе всех к Матери и была любимицей у Нее и у Отца. Абсолютно лишенная самолюбия, Она всегда была готова отказаться от Своих планов, если появлялась возможность погулять с Отцом, почитать Матери, сделать то, о чем Ее просили. Именно Татьяна Николаевна нянчилась с младшими, помогала устраивать дела во дворце, чтобы официальные церемонии согласовывались с личными планами Семьи. У Нее был практический ум Императрицы и детальный подход ко всему".

[Билли Джин]

История необычного “лысого” фото

Весной 1917 года четыре дочери Николая Второго и Александры Федоровны переболели корью. Температура и медикаменты отрицательно повлияли на здоровье девочек – у них стали выпадать волосы, и было решено обрить их наголо. Брат девочек Алексей, которого болезнь не коснулась, потребовал, чтобы его постригли точно так же, как и его сестер (на фотографии


Побритые наголо дети Романовых

[Билли Джин]

Ольга, если верить описаниям о ней (люди ведь могли и льстить) - ирациональный интуит, дон/гексли

[Лёля]

Билли Джин, могли, вполне, но эти описания и их дневники по сути единственное на что можно опираться.
А история с корью скорее кстати показывает Алексея. Было в этом хрупком мальчишке что-то от деда имхо

[Лёля]

Характером Ольга всё больше стала походить на отца: деликатная, добрая, простая в общении. Великая княжна до самой смерти носила на шее медальон с фотографией Николая. А если ей задавали сложные вопросы, она отвечала: «Спросите у папы». Ольга была типичной барышней того времени. Она много читала, занималась с учителями, интересовалась иностранными языками, музыкой, рисованием; любила проводить время в уединении. Её учитель по французскому языку писал: «Императрица не упускает ни одного моего слова; у меня совершенно ясное чувство, что это не урок, который я даю, а экзамен, которому я подвергаюсь…»

Вместе с добротой, скромностью Ольга воспитала в себе и стойкость характера. Она могла возразить великой императрице и отстоять свою точку зрения. Так произошло, когда Ольга отказалась выходить замуж за румынского принца Кароля II. Александра Фёдоровна считала его хорошей партией и была непреклонна в своём решении. Однако дочь увлеклась русским князем Дмитрием Павловичем Романовым и на увещевания матери ответила: «Я русская и хочу жить в России». Ольга не вышла замуж ни за Кароля II, ни за Дмитрия Павловича.

Великую княжну Татьяну назвали в честь героини романа Пушкина «Евгений Онегин». Николай II хотел, чтобы его дочерей звали, как сестёр Лариных. Романовы и Ларины были во многом похожи. Так, великие княжны Ольга и Татьяна тоже отличались друг от друга характерами. Например, Татьяна больше напоминала свою мать. Как и Александру Фёдоровну, придворные считали девочку надменной, а её стеснительность принимали за гордыню. Хотя на самом деле Татьяна была проста в общении. Однажды фрейлина императрицы София Буксгевден обратилась к княжне как «ваше императорское высочество», на что баронесса получила в ответ: «Вы что, с ума сошли — так со мной разговаривать?»

Татьяна переняла черты родственников из Англии (в частности, прабабушки королевы Виктории): сдержанность, вдумчивость и прагматизм. Александра Фёдоровна развивала в дочери эти качества, постоянно занимая её работой. Они вместе вышивали и своими руками делали подарки для всей семьи. Татьяна была близка с матерью, как ни одна сестра. Она ухаживала за Александрой Фёдоровной, когда та болела и несколько дней не выходила из своих покоев. В такие периоды старшей по дому становилась Татьяна. Она следила за порядком, присматривала за младшим братом, иногда сопровождала самого императора.

Татьяна, как и старшая сестра, не вышла замуж. Первая мировая война расстроила свадьбу великой княжны. Её первый возлюбленный — сербский принц Александр. Они понравились друг другу с первой же встречи и собирались пожениться. Но из-за начавшейся войны обручение не состоялось. Принц Александр ушел на фронт, а Татьяна записалась в сестры милосердия. Пока княжна ухаживала за больными, она встретила корнета Дмитрия Маламу. Но их отношения тоже не состоялись: Романовых расстреляли, а сам корнет после смерти Татьяны погиб в сражении с большевиками.

Источник https://diletant.media/articles/4531997 ... 8274316012

[Лёля]

Великая княжна Мария Николаевна



генерал М. К. Дитерихс, который позже примет участие в расследовании гибели императорской семьи и слуг:

Добродушная, весёлая, с ровным характером, приветливая девушка. Она умела и любила поговорить с каждым, в особенности с простым человеком. Во время прогулок в парке вечно она, бывало, заводила разговоры с солдатами охраны, расспрашивала их и прекрасно помнила, у кого как звать жену, сколько ребятишек, сколько земли и т. п. У неё находилось всегда много общих тем для бесед с ними. За свою простоту она получила в семье прозвище «Машка»; так звали её сёстры и цесаревич Алексей Николаевич.

Вспоминают, что маленькая Мария была особенно привязана к отцу. Едва начав ходить, она постоянно пыталась улизнуть из детской с криком «хочу к папа́!» Няньке приходилось едва ли не запирать её, чтобы малышка не прервала очередной приём или работу с министрами. Когда царь был болен тифом, маленькая Мария целовала его портрет каждую ночь[16].




С этим временем связан забавный анекдот — в очередном порыве добраться до папа́ маленькая Мария удрала из ванны и как есть, голой, помчалась по дворцовым коридорам, в то время как няня, мисс Игер, увлекавшаяся политикой, с увлечением обсуждала со своей помощницей дело Дрейфуса. Великую княжну перехватила на полдороге Ольга Александровна, и когда вместе со своей ношей на руках она появилась в помещении ванной, няня, так и не заметив бегства своей подопечной, увлечённо продолжала спорить



Три девочки (до рождения Анастасии) смогли притереться друг к другу. Старшие — Татьяна и Ольга сильно отличались по характеру от медлительной и достаточно спокойной Марии, — им постоянно ставили её в пример, что не могло не раздражать; сказывалась также разница в возрасте


Старшие девочки не раз доводили сестричку до слез, уверяя, что она наверняка приёмыш — не может сестра быть так на них не похожа;

они соорудили домик из стульев в одном из углов детской и не пустили в него бедняжку Марию, заявив, что она будет играть лакея, и потому должна оставаться снаружи. Я построила ещё один домик в другом углу, рядом с колыбелькой [Анастасии], которой в то время было несколько месяцев от роду, для неё, но Мария упорно смотрела в другой конец комнаты, где увлечённо играли старшие. Неожиданно она бросилась туда, ворвалась в домик, отвесила пощёчины обеим сестрам, и убежав в соседнюю комнату, появилась опять, наряженная в кукольную плащ и шляпу, с кучей мелких игрушек в руках, и заявила: «Я не собираюсь быть лакеем! Я буду доброй тётушкой, которая всем привезла подарки!» Затем она раздала игрушки «племянницам» и уселась на пол. Обе старшие пристыжено переглянулись, затем Татьяна сказала: «Так нам и надо. Мы были несправедливы с бедной маленькой Мэри». Раз и навсегда они усвоили этот урок, и с тех пор всегда считались с сестрой.

Успехи у великой княжны были средние. Как и остальные девочки, она была способна к языкам, но свободно освоила только английский (на котором постоянно общалась с родителями) и русский — на нём девочки говорили между собой. Не без труда Жильяру удалось выучить её французскому на уровне «довольно сносном», но не более того. Немецкий — несмотря на все усилия фройляйн Шнайдер — так и остался неосвоенным.

Однажды маленькая великая княжна Мэри выглядывала из окна и смотрела на полк солдат, проходящих торжественным маршем. И Мария воскликнула «О-о-о! Я люблю этих милых солдат! Я хотела бы их всех поцеловать!». Я сказала: «Мэри, миленькие девочки не целуют солдат». На протяжении нескольких дней у нас были детские праздники, были среди гостей дети великого князя Константина. Один из них, достигнув двенадцатилетнего возраста, был помещён в кадетский корпус и был одет в свою униформу. Он хотел поцеловать свою маленькую двоюродную сестру Мэри, но она закрыла рукой свой рот и уклонялась от его объятия. «Уйдите, солдат! Я не целую солдат», — сказала она с большим достоинством и гордостью. Мальчик был очень рад, что его маленькая двоюродная сестра приняла его за настоящего солдата, и немного был удивлён.

Сестры иногда поддразнивали её. Так, Ольга не без юмора отмечала в своём дневнике:

Назавтра Аня приглашает к себе пить чай <…> Виктора Эрастовича, Деменкова и всех нас. Мария, само собой, на седьмом небе от счастья! Николай Д. стоит на часах. Мария громко шумит и отчаянно вопит с балкона.

Из писем самой Марии:

Мы живём тихо, гуляем по-прежнему два раза в день. Погода стоит хорошая, эти дни был довольно сильный мороз. А у Вас наверное ещё тёплая погода? Завидую, что Вы видите чудное море! Сегодня в 8 часов утра мы ходили к обедни. Так всегда радуемся, когда нас пускают в церковь, конечно эту церковь сравнивать нельзя с нашим собором, но всё-таки лучше, чем в комнате. Сейчас все сидим у себя в комнате. Сестры тоже пишут, собаки бегают и просятся на колени. Часто вспоминаю Царское Село и весёлые концерты в лазарете; помните, как было забавно, когда раненые плясали; также вспоминаем прогулки в Павловск и Ваш маленький экипаж, утренние проезды мимо Вашего дома. Как всё это кажется давно было. Правда? Ну мне пора кончать. Всего хорошего желаю Вам и крепко Вас и Далю